Элизабет бишоп стихи на русском

Элизабет бишоп стихи на русском

Элизабет бишоп стихи на русском




Скачать файл - Элизабет бишоп стихи на русском


























Не смешно как-то шутите На трансух не тянут. У них нет таких бабски жёп и Спасибо киевским девчонкам за нарезку Ну Вы-то Одди, небось, само совершенство в обнажённом виде. И прям не мужеподобная девАчка-девАчка, Se curity te am. Лесби сайт Лесби сайт ЛГБТ-движение Знаменитости Искусство Спорт Жизнь Наука и практики Лесби форум Лесби библиотека Галерея Лесби литература Лесби манга Лесби фильмы Что нового? Лесби сайт Знаменитости Исторические личности Элизабет Бишоп. Отлично Хорошо Средне Плохо Ужасно. Элизабет Бишоп Elizabeth Bishop — знаменитая американская поэтесса, публицист, писательница рассказов, переводчица, художник-любитель. Бишоп родилась 8 февраля в Вустере, штат Массачусетс, США. Родители были обеспечены Гертруда Балмер и Уильям Томас Бишоп , но в воспитании дочери участие принять не успели. Отец умер, когда ей было 8 месяцев от роду. Бишоп исполнилось 5 лет, мать попала в психиатрическую больницу, как оказалось пожизненно, Воспитанием занимались родители матери в Великой Village, Новая Шотландия, Канада. Потом родственники отца к себе забрали в Вустере, через два года обратно перевезли в Канаду. Потому что никак не могли определить, где девочке лучше жить. В своей прозе мемуары 'Страна мышь' 'Country Mouse' , Э. Там, в роскоши и богатстве Э. Бишоп остро почувствовала отсутствие любви и ласки. Мне было скучно и одиноко, обеды в одиночку Ночью я лежала с мигающим фонариком — включая и выключая его, и плакала'. Бишоп из-за возможно этих переживаний развились недуги: Сестра матери Мод Балмер Шефердсон забрала девочку к себе в квартиру в Южном Бостоне. Тётушка любила литературу и под её влиянием Э. Бишоп начала писать первые стихи. Отец оставил наследство, поэтому Э. Бишоп получила хорошее образование. Хоть и была болезненна и больше формально училась, но закончила школу для девочек с отличием Walnut Hill School , позже - частный Вассар-колледж. Издавала там вместе с соученицами, среди которых была будущая писательница Мэри Маккарти, литературный журнал Con Spirito. Мур отговорила Бишоп от карьеры врача, поддержала её в начале поэтического пути, выдвинула на премию, они дружили и переписывались до самой смерти Мур в Ещё одним другом Бишоп на всю жизнь стал поэт Роберт Лоуэлл R. Lowell , с которым она познакомилась в , он помог ей устроиться консультантом по поэзии в Библиотеку Конгресса в году. Она уже работала к тому времени над второй своей книгой. Elizabeth Bishop, outside the Square Roof brothel in Key West, Fla. Визиты в больницу Св. Елизаветы Вот дом под названьем Бедлам. Вот человек который попал в дом под названьем Бедлам. Вот время трагичного человека который попал в дом под названьем Бедлам. Вот часы которые меряют время говорливого человека который попал в дом под названьем Бедлам. Вот моряк который носит часы которые меряют время того почтенного человека который попал в дом под названьем Бедлам. Вот рейд весь из досок на который прибыл моряк который носит часы которые меряют время старого бравого человека который попал в дом под названьем Бедлам. А вот еврей в газетной пилотке который плача танцует в палате вдоль скрипящего моря из досок и всё это за спиной моряка который заводит свои часы которые меряют время сурового человека который попал в дом под названьем Бедлам Вот мир книг и он стал так плосок А вот еврей в газетной пилотке который плача танцует в палате вдоль скрипящего моря из досок прямо за тронутым моряком который заводит часы те что меряют время очень занятого человека который попал в дом под названьем Бедлам. Вот мальчик который щупает пол — узнать, здесь ли мир и насколько он плосок для вдовца-еврея в газетной пилотке который плача танцует в палате вальсируя лихо вдоль шатких досок мимо невозмутимого моряка который прислушивается к часам в которых тикает время занудного человека который попал в дом под названьем Бедлам. Вот годы, и стены, и дверь — заперта за мальчуганом гладящим пол — узнать здесь ли мир и насколько он плосок а вот еврей в газетной пилотке он по палате радостно пляшет вдоль шатких морей расходящихся досок и мимо глазеющего моряка чья рука трясёт и трясёт часами теми которые меряют время того поэта и человека который попал в дом под названьем Бедлам. Вот солдат пришедший с войны Вот годы и стены и дверь — заперта за мальчуганом гладящим пол чтобы узнать — мир кругл или плосок а вот еврей в газетной пилотке который с опаской танцует в палате порхая над гробом из тёмных досок в котором лежит безумный моряк который часы приближает к глазам а те своим беспрерывным тик-так меряют время жалкого человека который попал в дом под названьем Бедлам. Бишоп часто навещала Эзру Паунда, находившегося в ней с по гг. Один навык К потерям навык дастся без труда: К потерям навык дастся без труда. Двух городов лишилась навсегда, двух рек и царств, материка родного. Без них мне грустно - ну, да не беда. И даже без тебя - скажу да-да, без голоса любимого и слова! Невозмутимы лица Потерями ключей, часов - не стоит вспоминать. Умению терять не сложно обучиться. Затем теряйте бОльшее, не надо мелочиться: Родные имена, места, где уж не побывать. Hе сложно будет с этим примириться. Из трех любимых одного уж дома нет. Два города прекрасных - им осталось только сниться, пол-царства, две реки и некий континент, Их жаль, но я сумею примириться. И ты твой голос, жесты - не дано им сохраниться, Хоть их люблю. Умению терять совсем не сложно обучиться, Хоть кажется ПризнAюсь! Lose something every day. Accept the fluster of lost door keys, the hour badly spent. Then practice losing farther, losing faster: None of these will bring disaster. I lost two cities, lovely ones. And, vaster, some realms I owned, two rivers, a continent. Предметы исчезают — сами будто, И их уход ещё не гибель света. Пусть где-то Утерян ключ, истрачена минута, — Забвенье — как проста наука эта! Теряй быстрее, больше, и совета Послушай: Дома последнего моего лета, А может предпоследнего — падут. Как проста наука эта… Теряла города и лица: Шутливостью согретый твой жест люблю. Тебе я лгать не буду: Забвенье — не сложна наука эта, Хотя и кажется: Уж так устроен мир. Из памяти стереть Спеши пропавшее. Грустить о нем не надо. Умением терять нетрудно овладеть. В умении терять упорно практикуйся, Теряй часы и деньги, даже клады, Нисколько при потерях не волнуйся. Все дым окутал густо. Мой дом не вызволить из огненного ада Умение терять - нетрудное искусство. Теряла реки я и города теряла, И континента целого громаду, О, хоть бы раз в отчаянье я впала. И если что-нибудь нас разлучит с тобой - С улыбкой, с нежных рук твоих усладой, Я не солгу: Начинаешь, как в школе, с простейших вещей: Или связка ключей где-то запропастилась. Потом адреса, телефоны друзей — это все уплывет, если в лужу случайно уронишь блокнот Дальше — больше, быстрее. Города, где бывал, где мечтал побывать, — оставляй их легко, как окурки. Но и это ещё не предел мастерства. Вот когда растеряешь даже слова — вот тогда и найдешь, ничего не ища, шляпку жёлудя в рваной подкладке плаща, да примеришь на пальцы — и глянь, подошла безымянному, словно его и ждала эта улица в прошлое, круглая дверь в день, где ты начинал курс Искусства Потерь. Искусство и шоу-бизнес Личности Книги Лесби Метки: Еще немного фотографий Элизабет Бишоп, стихи, живопись Элизабет в юности Мастерство потерь Постичь нетрудно мастерство потерь. Столь многое теряется, что это трагедией не может быть, поверь. Да, каждый день терять. Ключ, открывавший дверь, и час, впустую проведённый где-то. Постичь нетрудно мастерство потерь. К утратам привыкать всё более. Теперь — места и имена, мечтанья — нет их! Всё не беда, поверь. Я потеряла мамины часы. Два дома из любимых трёх. Недостаёт их… Не трагедия, поверь. Но потерять — тебя? Твой голос смеющийся, любимый жест? Веры Штернвальд Еще вариант перевода One Art: Одно искусство Не трудно одолеть потерь искусство Вся суть вещей стремится к забытью, И в сердце места нет для грусти чувства. Теряй же что-то каждый день, попутно Пустых часов забвение принимая, Потерь искусство одолеть не трудно. Учись терять быстрее, забудь черты Имен и мест, где побывать пришлось. Теперь ничто не принесет беды. В небытие три дома, что любила Ты посмотри! И мамины часы Не мудрено потерь искусство было Утеряны два города прекрасных, Простор двух рек и континента ширь. Скучаю, да, но без тревог напрасных. И даже, потеряв тебя улыбку Голоса и жеста , я не солгу: Не трудно одолеть потерь искусство. Хотя, и кажется ты запиши! Что наступило катастрофы чувство. They turn together in their sleep, Close as two pages in a book that read each other in the dark. Each knows all the other knows, learned by heart from head to toes. You ask me to break a branch for you, but still from on top of the dry meat. But now your luck has changed and even the urubu flying beneath you craps on your head. Go comb a monkey. Выражение используется для описания человека, чуждого к страданиям других. GO COMB A MONKEY. Interior With Calder Mobile watercolor and gouache Elizabeth Bishop. Nova Scotia Landscape watercolor and gouache Elizabeth Bishop. Brazilian Landscape watercolor and gouache Elizabeth Bishop. Palais Du Senat, watercolor and gouache Elizabeth Bishop. Pansies, watercolor and gouache Elizabeth Bishop. Луиза, Элизабет, Лота и др. Известный бразильский архитектор Лота де Маседо Соареш Lota de Macedo Soares, — , с которой Элизабет Бишоп прожила около 16 лет. Кому интересно - биография, творчество, проекты и др.: A arte como Vide. Элизабет Бишоп справа и Луиза Крейн Louise Crane, — , известный американский филантроп. В ых годах девушки были вместе. Элизабет и Луиза Elizabeth Bishop and Louise Crane as amateur boxers Луиза и Элизабет в Элизабет со своим котом, Welcome to This House документальный, режиссер Барбара Хаммер: Воображаемый айсберг Мы предпочли бы айсберг кораблю, хотя наш путь и был бы кончен. Пусть он бы встал скалой из облаков, а море — как подвижный мрамор. Мы предпочли бы айсберг кораблю; да, дышащую снежную равнину, пусть паруса бы на море легли, как снег, что на воде лежит не тая. Вы знаете, что айсберг только отдыхает средь вашей белизны, а как проснется — уплывает? За это зрелище матрос бы мог отдать глаза. Вот айсберг, как тяжелый поплавок в воде качнувшись, рухнул набок. Его хрустальные вершины поправили эклиптику. Здесь тот, кто на подмостках, безыскусно красноречив, а занавес так легок, что тонких крученых бечевок метели хватит, чтоб поднять его. Остроты пиков льда блестяще отвечают солнцу. Айсберг вышел на сцену зыбкую — стоит, глядит и дышит. Свои шлифует грани изнутри. Как драгоценности из гроба, он сам себя чарует и хранит. Себя — да может быть еще снега, что удивляют нас, лежа на море. Прощай, мы говорим, прощай; корабль взял курс на юг, где волны уступают волнам друг друга, небеса теплей. Душе пристойны айсберги — она, как и они, себя ваяет из стихий почти незримых — чтобы смотреть на них, прекрасной плотью вставших неделимо. Although it stood stock-still like cloudy rock and all the sea were moving marble. O solemn, floating field, are you aware an iceberg takes repose with you, and when it wakes may pasture on your snows? The iceberg rises and sinks again; its glassy pinnacles correct elliptics in the sky. This is a scene where he who treads the boards is artlessly rhetorical. The curtain is light enough to rise on finest ropes that airy twists of snow provide. The wits of these white peaks spar with the sun. Its weight the iceberg dares upon a shifting stage and stands and stares. The iceberg cuts its facets from within. Like jewelry from a grave it saves itself perpetually and adorns only itself, perhaps the snows which so surprise us lying on the sea. Icebergs behoove the soul both being self-made from elements least visible to see them so: So wrap up care in a cobweb and drop it down the well into that world inverted where left is always right, where the shadows are really the body, where we stay awake all night, where the heavens are shallow as the sea is now deep, and you love me. To Be Written On The Mirror In Whitewash I live only here, between your eyes and you, But I live in your world. What do I do? Conversation The tumult in the heart keeps asking questions. And then it stops and undertakes to answer in the same tone of voice. No one could tell the difference. Uninnocent, these conversations start, and then engage the senses, only half-meaning to. And then there is no choice, and then there is no sense; until a name and all its connotation are the same. The Armadillo For Robert Lowell This is the time of year when almost every night the frail, illegal fire balloons appear. Climbing the mountain height, rising toward a saint still honored in these parts, the paper chambers flush and fill with light that comes and goes, like hearts. Venus going down, or Mars, or the pale green one. Last night another big one fell. It splattered like an egg of fire against the cliff behind the house. The flame ran down. We saw the pair of owls who nest there flying up and up, their whirling black-and-white stained bright pink underneath, until they shrieked up out of sight. Hastily, all alone, a glistening armadillo left the scene, rose-flecked, head down, tail down, and then a baby rabbit jumped out, short-eared, to our surprise. Too pretty, dreamlike mimicry! O falling fire and piercing cry and panic, and a weak mailed fist clenched ignorant against the sky! The Map Land lies in water; it is shadowed green. Shadows, or are they shallows, at its edges showing the line of long sea-weeded ledges where weeds hang to the simple blue from green. Or does the land lean down to lift the sea from under, drawing it unperturbed around itself? Along the fine tan sandy shelf is the land tugging at the sea from under? The shadow of Newfoundland lies flat and still. We can stroke these lovely bays, under a glass as if they were expected to blossom, or as if to provide a clean cage for invisible fish. The names of seashore towns run out to sea, the names of cities cross the neighboring mountains -the printer here experiencing the same excitement as when emotion too far exceeds its cause. These peninsulas take the water between thumb and finger like women feeling for the smoothness of yard-goods. Are they assigned, or can the countries pick their colors? Hear nothing but a train that goes by, must go by, like tension; nothing. And while the fireflies are failing to illuminate these nightmare trees might they not be his green gay eyes. ЛГБТ-движение События и новости История Организации Интернет-ресурсы Гомофобия Знаменитости Исторические личности Наши современники Искусство и шоу-бизнес Политика и общество Персоналии спорта Искусство Литература Музыка Кино Видео Фотография Изобразительное искусство Театр Спорт ЛГБТ-спорт О, спорт, ты - мир! Факты, события, происшествия Жизнь Право Карьера Семья Досуг Стиль Здоровье Секс Клубы Путешествия Знакомства Наука и практики Философия Социология Психология Астрология. О, спорт, ты - мир! Города и страны Искусство и шоу-бизнес Мы в рекламе На английском языке Отдых и развлечения Политика и общество История развития женского хоккея с шайбой Одди Уан в История развития женского хоккея с шайбой margolis в Лора Перголиззи margolis в Правила форума Обратная связь GayGirls. Powered by vBulletin Version 4. Администрация и владельцы данного сайта могут не разделять мнения авторов статей и сообщений. Lota de Macedo Soares Фото:

Журнальный зал

Previous Entry Next Entry. Recommend this entry Has been recommended Surprise me. Main Ratings Disable ads. Recent Entries Archive Friends Profile Memories Обо всем по-немножку. Previous Entry Next Entry 'One art' by Elizabeth Bishop Oct. Leave a comment Share Link. Tags alitalia android market english hotel mare blu Игрушки МУРлезонский балет Маразм Отпуск Подарите пистолет Фото аквариум брррр внезапно все люди - разные говорят дети грустное детешка детство игрушки интересное кино коты и кошки люблю малыш машина моя Москва мурррчательное полезность попадалово прогулки просто так противно путешествия разрыв шаблона свет очей моих семья собаки счастье сюр творческий зуд творческий зуд джинс цветы View my Tags page. Designed by Lilia Ahner.

Журнальный зал

Составные тормозные диски своими руками

Everything that rises перевод

Журнальный зал

Мцыри характеристика героя

Слова поддержки в стихах

Журнальный зал

Тормозная система шевроле спарк 0.8 схема

Хорошая характеристика на работника образец

Создано с помощью Tgraph.io